Автор представил 40 графических работ в стиле фронтового наброска — портреты героев войны и хронику боевого пути 1292‑го Башкирского истребительного противотанково‑артиллерийского полка. Художник рассказал, как создавал работы с натуры у военной техники и почему выбрал именно этот жанр.
Анатолий Сергеевич, ваша выставка приурочена к 81‑летию Победы. Как родился этот проект?
Проект начался в 2013 году, когда я был в Ханты‑Мансийске, в музее Игошево. Там выставлялись работы фронтового художника Софьи Урановой — зарисовки, которые она делала по пути следования со своим полком. Эти работы, выполненные карандашом на простой бумаге, произвели на меня огромное впечатление, и мне захотелось создать что‑нибудь подобное. Учёный совет одобрил идею — и я начал работу в марте того же года.
Вы упомянули, что рисовали с натуры. Что это было ?
Я рисовал военную технику времён Великой Отечественной войны в мемориальных зонах. Например, 18 работ, посвящённых истории 1292‑го башкирского истребительного противотанкового артиллерийского полка имени Салавата Юлаева, сделаны с натуры. Я сидел и рисовал пушку Т‑34 — основную пушку времён войны, которая приводилась в боевое действие за 40 секунд.
Расскажите подробнее о героях, которых вы изобразили.
22 работы посвящены персонажам, создавшим легендарный образ Великой Отечественной войны в Башкортостане. Например, Александра Бойко перечислила 50 000 рублей в фонд обороны — на эти деньги был построен танк «Колыма». Она вместе с мужем прошла путь от Прибалтики до Праги на этом танке.
Очень интересна судьба Фёдора Кургаева, военного врача, который в начале войны оказался с 100 тяжелоранеными солдатами в окружении. Он организовал подпольный госпиталь и спас 80 жизней делая операции при свете коптилки. Его вычислили и расстреляли 3 апреля 1942 года.
Интересна и судьба лётчицы Магубы Сыртлановой, заместителя командира полка ночных бомбардировщиков: «Она налетала 780 боевых вылетов — это большой вклад в победу. Два рисунка посвящены ей: на одном она рассматривает маршрут полёта.
Были ли среди героев те, чья история особенно тронула вас лично?
Да, одна из самых трогательных — о Николае Киселёве из Ишимбайского района. Он был замполитом, попал в плен, бежал и примкнул к белорусским партизанам. Ему приказали вывести из еврейского гетто 218 человек — стариков, женщин и детей. Он вёл их полторы тысячи километров по вражескому тылу. Когда маленькая девочка Софья начала сильно плакать, и родители решили её утопить, он взял её на руки и оставшиеся 150 километров нёс на руках. Благодаря его усилиям она осталась жива и прожила долгую счастливую жизнь.
Среди ваших героев есть и снайпер Наталья Ковшова, на счету которой 167 поражённых противников. Как вы работали над её образом?
Наталья Ковшова — доброволец, которая вынесла с поля боя своего командира в марте 1942 года. Когда её окружили и хотели захватить в плен, она подорвала себя гранатой, унеся с собой жизни немецких солдат и офицеров. При создании её портрета я старался передать не только внешний облик, но и силу духа, готовность к самопожертвованию.
Вы упомянули «чёрного генерала» Дайяна Мурзина. Я знаю, что вы были знакомы лично. Каково было писать знакомого человека? И что вас особенно поразило в его судьбе?
Его назвали «чёрным генералом» по двум причинам: во‑первых, ему было всего 24 года, он выглядел очень молодо, и бойцы попросили его отпустить бороду для солидности — она выросла шикарная, чёрная. Во‑вторых, когда Гитлер узнал о его подвигах — 60 пущенных под откос поездов, захваченный аэродром с 19 боевыми самолётами — он объявил награду за его голову в 2 млн рейхсмарок.
Я был знаком с ним лично в 1983 году, когда оформлял музей Интернациональной Дружбы в авиационном техникуме, — отметил художник. — Пожимал ему руку — и тогда не мог представить, насколько это необыкновенный человек.
В студию Вы принесли картину, где изображен генерал Шаймуратов. Какой момент в его биографии вы поймали в наброске?
Шаймуратов Миннигали — легендарный командир Башкирской кавалерийской дивизии. На выставке есть набросок, основанный на эпизоде из его автобиографической книги: разведчики нашли маленькую девочку пяти‑шести лети привели к нему. Он распорядился накормить, напоить, одеть и отдать в надёжные руки. Этот момент, когда он кормит ребёнка, стал центральным в картине.
Как вы добиваетесь узнаваемости героев на портретах, особенно когда фотографий сохранилось мало?
Это сложная задача. Например, у Александра Матросова сохранилось всего две фотографии: фас и профиль. Чтобы добиться сходства, я изучил его биографию, последние дни жизни. Создал две картины: на одной он ужинает с солдатами за зимним сугробом, на другой — в белом маскировочном халате вставляет рожок в автомат, уходя в вечность. Мне хотелось передать чистоту помыслов и действий, — подчеркнул художник. — Белый халат на фоне снега и тёмного леса символизирует, что человек, хоть и ушёл из жизни, остаётся с нами благодаря своему подвигу.
Почему вы выбрали именно стиль фронтового наброска? Вы намеренно ушли от цвета и использовали угольный карандаш?
Этот стиль близок мне с юности: в художественной школе и институте искусств нас учили делать шесть набросков в день. По словам художника, во время войны бумага и карандаш были дефицитом, и рисовать приходилось углём из‑под костра. Я пробовал это делать, но не получилось. Поэтому я нашёл свой ход: использовал серый картон и угольный карандаш, чтобы создать иллюзию тех условий.
Художник подчеркнул, что набросок позволяет быстро зафиксировать момент: Писать картину маслом — это примерно три месяца, а с просушками— около полутора лет. Набросок же даёт возможность быстро достичь результата, и он ничуть не хуже по впечатлениям.
В чём, по‑вашему, главная ценность фронтового наброска как исторического документа?
Набросок фиксирует мгновение, которое иначе улетучится. Фронтовые художники не могли писать маслом — не было условий, материалов. Они делали быстрые зарисовки карандашом, углём, чтобы позже, в мирное время, создать на их основе большие картины. Когда люди проходят мимо моих работ и вдруг останавливаются, восклицая: „Так это же Шаймуратов!“, — это лучшая награда, значит, схвачено что‑то основное, жизненное, что притягивает взгляд зрителя. Я хочу, чтобы они почувствовали связь времён. Чтобы поняли: эти герои — неабстрактные фигуры из учебников, а реальные люди с судьбами, страхами, подвигами. И чтобы каждый задумался: а как бы я поступил на их месте? Память — это не просто знание дат и событий, это сопереживание, эмоциональное включение.
Выставка «Помню, что случилось не со мной» будет работать до 28 июня в Национальном музее Республики Башкортостан.
