«В рабочий полдень» на радио «Маяк кандидат географических наук, доцент Инбер Япаров рассказал, почему смерчи и град — это обычные для планеты процессы, как климатические циклы влияют на нашу погоду, стоит ли бояться таяния ледников и что на самом деле ждет регион в ближайшие 30 лет. А еще объяснил, почему ураганы так легко срывают профнастил с крыш — и при чем тут физика и…саморезы.
С первого вопроса ведущей Надежды Марьиной о «небывалых аномалиях» Инбер Япаров мягко, но категорично поправил:
«Я бы не сказал, что это аномалии. Аномальное — значит нехарактерное для данной местности. Если бы в июле начался снегопад — вот это была бы аномалия. А ливневые дожди, град, смерчи — обычные природные явления, характерные для всех территорий, кроме разве что пустынь».
По его словам, частота таких событий разная: где-то они происходят чаще и к ним готовятся (например, на Кавказе стреляют из пушек, чтобы вызвать лавины или разбить градины в облаках), а у нас — реже, поэтому и кажутся необычными.
Атмосфера и Земля — единое целое, и изучать их нужно «ногами»
Переходя к глобальным причинам, Япаров напомнил: атмосфера, гидросфера и литосфера взаимопроникают друг в друга.
«Мы не узнаем полную картину из космоса, — заявил он. — Сколько бы ни было спутников, информацию на стыке этих сфер мы можем добыть только на месте. Чем? Ногами. Нам нужно ходить и измерять».
Советская школа прогнозирования была мощнее нынешней
Ученый привел впечатляющие цифры: в СССР было 287 научно-исследовательских судов (для сравнения — у США 86), и данные с них стекались в центры в Женеве и Москве.
«Сейчас этого нет, информация идет в основном из космоса, а он не всё видит. К тому же у нас в Башкирии количество метеостанций сократилось с 48 до чуть более 30, а гидропостов — почти в три раза. Раньше каждая станция выпускала зонды, давала 20 параметров, теперь такой полноты нет».
Именно поэтому, по его мнению, точность прогнозов снизилась.
Климатические циклы: мы на стыке 33-летних периодов
Отвечая на вопрос о причине участившихся «качелей», Япаров указал на естественную цикличность:
«Мы находимся на стыке 33-летних циклов, которые складываются из трёх 11-летних. В такие переходные периоды (по 5–6 лет) погода всегда неустойчива. Это первое. Второе — влияние человека, но мы не можем утверждать, что именно оно — главная причина».
Обмеление Белой — наглядный показатель глобальных изменений
В качестве примера эксперт привел свои студенческие наблюдения:
«В 1972 году глубина Белой у Благовещенска достигала 4 метров 80 сантиметров. Тогда строили танкеры водоизмещением 5000 тонн, которые ходили до Уфы. Сегодня такие суда едва доплывают до Дюртюлей. Уровень грунтовых вод после засухи 2010 года упал на полтора метра — и до сих пор не восстановился».
Это, по его словам, реальные свидетельства изменений, но они не катастрофичны.
Эль-Ниньо и Гольфстрим: журналисты любят сенсации
На вопрос о влиянии течения Эль-Ниньо на Башкирию Япаров ответил, что оно действует опосредованно, через систему океанических течений. А вот гипотезу об остановке Гольфстрима назвал «раздутой журналистами».
«Лет 15 назад на конференции прозвучал доклад о возможном изменении траектории Гольфстрима, и СМИ сразу нарисовали картину всеобщего замерзания. На самом деле даже если тёплое течение чуть отклонится к Африке, это будет постепенный процесс, а не “послезавтра”».
Ледники не растают полностью, и вот почему
Ученый развеял и страшилки о подъёме уровня Мирового океана:
«Даже если половина льдов растает (чего никогда не будет), в полярных областях сохранится высокое альбедо — до 95% солнечной энергии отражается обратно. А если где-то тает, в другом месте начинается намерзание. Это саморегулирующаяся система».
Как заброшенные поля могут спасти климат Башкирии
Япаров дал оптимистичный прогноз на 30 лет:
«Крупных изменений не будет. У нас огромные площади сельхозугодий перестали обрабатываться, они заросли лесом и бурьяном. Идёт мощное лесовосстановление, особенно севернее Уфы. А леса сглаживают климатические отклонения — летом прохлада, зимой теплее. Природа возвращается в спокойное русло».
Акман-Тукман и другие местные феномены
Говоря о «новых» смерчах, эксперт напомнил о старом башкирском термине «Акман-Тукман» — так испокон веков называют сильные бури в Зауралье.
«Это явление было и 50, и 100 лет назад, — сказал он. — Просто сейчас мы видим больше последствий из-за современной застройки».
Почему ураган срывает профнастил, а не шифер — физика в действии
В интервью также разобрали причины, почему современные крыши страдают чаще старых.
«Раньше крыши крыли шифером или деревом. Теперь — профнастил, который крепят саморезами к деревянной обрешетке. Длина самореза — 35–45 мм. В жару металл расширяется, дерево ссыхается. При перепадах температур саморез расшатывается, и любой сильный ветер срывает лист. Решение простое: крепить металл к металлу, тогда коэффициенты расширения совпадают», — объяснил ученый.
«Ученый сказал» — проверяйте, кто именно
В конце беседы Инбер Мухаметович дал совет слушателям:
«Когда читаете новости о климате, всегда спрашивайте: кто сказал? Что это за учёный? Какая у него специализация? Я, например, не берусь судить о ядерной физике. А если журналист ссылается на “профессора” без конкретики — это, скорее всего, брехня».
Итог: бережное отношение — залог спокойного будущего
На прощание ученый ещё раз подчеркнул:
«Если мы восстановим прибрежные леса, перестанем вырубать склоновые массивы, реки поднимутся, и поводов для резких явлений станет меньше. А на ближайшие 30 лет мой прогноз оптимистичен»
