"Для чего такие форумы и конференции? Сейчас, в 21 веке, в России формируется новая система художественного перевода. Советская система имела свои плюсы и свои минусы, она была очень большой и крепкой, там была преемственность и все, кто к ней принадлежали, были сыты, имели какие-то преференции, потому что было понятно, для чего нужны переводчики в СССР. Эта старая система разрушилась и нам не нужно её воссоздавать. Наша задача, с большой благодарностью приняв все, что было выстроено нашими предшественниками – а там, безусловно, было очень много наработок, – делать эту систему совершенно по другому принципу. В первую очередь, нам очень важно учитывать национальное разнообразие", – сказала ведущая радиомастерской Светлана Чураева в программе "Переплет" на "Радио России-Башкортостан" 11 июля 2026 г.
Светлана Рустэмовна Чураева – поэт, прозаик, драматург, литературный переводчик, заместитель главного редактора журнала "Бельские просторы", лауреат ряда международных, всероссийских и региональных литературных премий и конкурсов. Финалист Национальной литературной премии "Слово" в номинации "Перевод" (2024 г.).
О единстве и разнообразии
"Сейчас у нас Год единства народов России. Да, мы все составляем великую страну, великий народ российский, и великая страна не может не быть многонациональной – если она большая, в ней обязательно много разных народов. В этом наша сила, в том числе сила каждого отдельно взятого небольшого народа. При этом, когда мы включаем в этот калейдоскоп разные культуры, важно передать цвет каждой частички, важно передать индивидуальность каждого народа и услышать, чем отличается, например, хакасская поэзия от тувинской – а они отличаются! – но если мы будем брать усредненные переводы в каких-то антологиях, мы этого не поймем".
О халтурке и шайтан-арбе
"Советская система подразумевала во многом хорошую такую, извините, халтурку. Конечно, были исключения, были крупнейшие фигуры в советском переводческом процессе, но в основном это была халтурка для поэтов и прозаиков.
- Национальная литература переводилась усредненно, то есть, по большому счету, из всех национальных литератур делалась советская литература.
Да, были разные мотивы: тут мы, например, воспеваем гору с таким-то именем и понимаем, что находимся в Тыве, а здесь озеро с таким-то именем и это значит, что мы находимся в Дагестане. Даже была шутка в переводческом сообществе, что надо обязательно включить в текст какую-нибудь "шайтан-арбу", которая привнесет колорит. Это примерно так же, как в 19 веке, когда процветал романтизм, было обязательным упоминать экзотические страны, и все это было романтизировано. Если бы человек почитал Байрона или кого-то еще из романтиков, описывающих ту или иную восточную страну, а потом с этими знаниями реально приехал бы туда, он бы испытал шок – это все равно что попасть на другую планету.
- Я вижу сегодня многих моих коллег, которые работают в советском русле и пишут вариации своей поэзии на тему того или иного народа, той или иной национальности – я не хочу это читать.
Очень трудно себе представить взыскательного читателя, который с удовольствием начнет читать все эти переводы. Да, действительно, уже большой плюс, что о переводах заговорили, переводы стали появляться, выходят какие-то антологии, публикации в журналах, но, к сожалению, не много шансов, что мы прочитаем именно хакасскую поэзию, тувинскую поэзию, дагестанскую поэзию, башкирскую поэзию, татарскую и так далее. Да, на обложке будет указана та или иная национальность, а в реальности это будут разновидности средней русской поэзии. А мне интересно, например, почитать тувинскую поэзию, написанную русскими словами. Это очень сложно сделать, но по-настоящему крутое всегда делать сложно. Просто надо ставить перед собой такую задачу".
О проекте "Арчилан. Тыва"
"Я отметила для себя на карте самую восточную точку, именно российскую, потому что давным-давно была в Пекине. В Туве получился грандиозный форум. Туда прилетели народные национальные поэты из Москвы, съехались переводчики, был даже один колумбиец. Поскольку форум евразийский, Европу, видимо, представляла я – все-таки Республика Башкортостан находится в основном в европейской части страны. И разговор получился массовым, было много прессы. Порадовало и удивило, что люди проявили интерес.
- Проект "АРЧИЛАН" ведется не первый год. Переводчики встречаются в разных национальных республиках Сибири.
Население Республики Тыва – порядка 300 тысяч человек, в Кызыле, в столице – порядка 100 тысяч человек. Все говорят на родном языке, но пишущих на тувинском языке не много и, конечно, им хочется, чтобы читателей было больше, чем 300 тысяч".
О "жабрах" переводчика
"В № 6 журнала "Бельские просторы" мы дали подборку народного поэта Республики Тыва Николая Куулара "Свободен стих" в переводе Юрия Татаренко – это хорошая качественная поэзия, это не стыдно напечатать, но я пообщалась с самим Николаем Кууларом, послушала его – это другая культура. Более того, я узнала интереснейшую вещь: в тувинской поэзии стихотворение начинается с рифмы. Рифма не в конце, а в начале. Это безумно интересно! Это надо включать и слушать. У них пять видов горлового пения. У них очень интересные национальные инструменты. Природа такая, что перехватывает дух. У нас в Башкортостане, конечно, очень красивая природа, но есть еще красивые места в России.
- Если ты серьезно работаешь, надо приехать в эту республику. Если нет возможности, залезаешь в интернет и смотришь, слушаешь музыку этого народа, впитываешь. Надо погрузиться в контекст, пообщаться с носителями, надо "жабрами" начать все это впитывать.
Да, так делать сложно, но иначе просто не говори, что ты профессиональный переводчик, и не надо утверждать, что этот национальный автор теперь заговорил на русском языке. Конечно, я получаю много негатива, когда начинаю это все транслировать".
- На Международном литературном переводческом форуме "АРЧИЛАН" в Тыве Светлана Чураева провела мастер-класс под названием "Рифма или смерть".
О принципиальном и яростном
"Многие коллеги, в том числе очень мною уважаемые, со мной спорят. Это принципиальный и яростный спор. Рифма – самый очевидный маркер, показатель стихотворения. Рифма, размер. И, например, очень уважаемый мною коллега говорит, что для русского языка характерна силлабо-тоника, характерна рифма, и если мы, например, берем стихотворение, написанное не в рифму, непривычным для нашего уха размером, то русский читатель это не воспримет – мы должны адаптировать и перевести так, как привык русский читатель, каким-нибудь бодреньким ямбом. Но ведь тогда всё – голос исчезает!
- Я для себя ставлю задачу сохранить голос.
Когда я работала над переводом таджикского поэта Эмом-Али, у меня в наушниках звучали стихи на таджикском. На русском получилось, например, вот что:
У колонны, что так безропотно держит камня гнет,
Я спросил: "Ответь, кем такой красоты тебе облик дан?"
– Древний мастер узором ран мой украсил стан,
И теперь мне – вечная боль, а ему – на века почет.
Русские поэты так не пишут. Абсолютно другая музыка. И мне не стыдно ставить такой перевод в билингве (книга стихотворений Эмом-Али "Зеленая кровь" в переводе Светланы Чураевой издана на двух языках – таджикском и русском. – Прим. ред.), потому что я постаралась максимально передать смысл и максимально передать звучание.
- Перевод – это про любовь и обученное сердце, да, мы все время об этом говорим. И в любимом человеке тебе все важно: цвет глаз, походка, взгляд, интонация, какие-то словечки – все.
Да, любовь переводчика не обязательно на всю жизнь. Но есть такие переводчики, как, например, Рами Гарипов, который переводил Омара Хайяма и посвятил этому годы. Он выучил язык. Он поехал на родину Омара Хайяма. Он ходил по этим улицам, ту же самую пыль попирал ногами. Он смотрел в то же самое небо, а оно – другое. Небо в разных географических точках разное. И это, действительно, работа переводчика.
- Азамат Рамиевич, сын Рами Гарипова, издал потрясающую книгу, где показал, как его папа работал над переводами, где ручками с пастой разного цвета были расписаны варианты русских переводов – это кропотливейшая работа. Вот подход профессионального переводчика.
В то же время я сталкивалась, например, с тем, что очень уважаемые мной переводчики наших башкирских авторов брали длинные размеренные строчки и переводили короткой строкой. Длинная строка – это как протяжное пение курая, так раскрывается степь, ковыль на ветру шевелится, а если переводить короткой динамичной строкой, получается совсем другое стихотворение".
Также в программе:
– "Это цитата из песни Ильи Золотухина", – о названии авторского курса С. Чураевой "Рифма или смерть";
– "Он странствовал две недели и доехал до Якутска", – о творческом путешествии поэта и переводчика Юрия Татаренко в рамках проекта "Арчилан";
– "Его поздравляет вся Тува", – о том, что один из организаторов форума "Арчилан" – писатель Монгуш Тумен-Байыр Роман-оглу – получил диплом лауреата премии им. Александра Казинцева за сборник рассказов "Пыль на потолке" (его рассказ "Флуктуации" опубликован в журнале "Бельские просторы", №4. 2026 г.) и все литературное сообщество республики считает это своей победой;
– "Это интересный проект, рассчитанный на укрепление дружеских связей между Россией и Кыргызстаном", – о том, что Светлана Чураева приняла участие в международном культурном проекте БГПУ им. М. Акмуллы;
– "Учитель там одна из самых уважаемых профессий", – о престиже образования в Кыргызстане и преклонении перед учителями;
– "Видно, что у страны точно есть будущее", – о многодетном Кыргызстане, где только в одной из 70 школ города Ош порядка четырех тысяч учащихся;
– "Это очень мощный проект", – об антологии издательства ОГИ;
– "Попробовать себя в литературно переводе – значит приобрести крутые компетенции для того, чтобы жить на этой планете", – о общечеловеческом.
В программе также разыграли остросюжетный роман "китайского Хичкока" Нин Ханъи "Загадка этажа номер 12" – книга впервые вышла на русском языке в издательстве "Азбука".
Архив радиомастерской.
